Prokstovo.info: Литературное Кстово
Литературное Кстово

Так начинался город Кстово

часть 1   часть 2   часть 3   часть 4

...При заселении первых домов не было и хозфекальной канализации. Ее сети только начинали прокладывать, а насосную перекачки (между нынешней автостанцией и интернатом) даже не начинали еще строить. Было принято решение срочно изготовить временные очистные бытовых стоков в высокой части берега Волги, метров на 300-400 ниже водозабора, и проложить к ним коллектор из керамических труб. (Это очистные располагались между садом «Волга» и спасательной станцией). До их ввода в эксплуатацию построили дворовые уборные и выгребные ямы для жидких бытовых отходов.

Строительство поселка набирало темпы. Строительные рабочие прибывали, жилья было еще мало. Они поселялись на квартиры в частных домах старой части Кстова, деревень Лукерьино, Вишенки, Ликеево, Столбищи и других.

На том месте, где сейчас автостанция, в оврагах даже были вырыты три землянки. Крыши их располагались на уровне земли, и только трубы торчали сверху. Просуществовали эти землянки целый год.

Когда первые дома подвели под крышу и в проемы стен вставили оконные и дверные блоки, установили лестницы и только настлали черные полы, начался самозахват будущих квартир. Их потом достраивали и отделывали сами жильцы. Происходило это так. Мужчины, бывало и с топором, выходили к проходной (кварталы были обнесены забором), останавливали въезжающие машины с нужными их материалами и, угрожая шофером, заставляли их ехать к своему дому. Эти материалы и использовали для достройки и отделки квартир.

Бороться с самозахватом, который, как правило, происходил ночью, практически было очень трудно. К 1 января 1954 года захваченных квартир было уже более ста. Остановили самозахват только с помощью вооруженных военных из Карповки. Как только дом подводился под крышу, возле него выставлялся круглосуточный пост. Комсостав воинской части был заинтересован в недопущении самозахвата, так как для военнослужащих полагалось выделять десятую часть вводимого в строй жилья. «Захватчикам» жилья впоследствии были выданы ордера.

В промзоне заложили так называемый «аварийный поселок», названный впоследствии Южным.По существовавшей тогда традиции на всех НПЗ старой планировки рядом строили аварийные поселки барачного типа для проживания пожарных, слесарей, сварщиков, шоферов. Это делалось для того, чтобы в случае аварии рабочих было легче доставить на завод для ее ликвидации.

Воссоздавая историю начального периода строительства поселка нельзя не коснуться одной очень мрачной страницы - периода с середины 1953 до конца 1954 года. Он характеризуется как очень криминогенный, причиной которого были известные события, связанные с деятельностью Л.Берии после смерти И.Сталина.

Многие досрочно освобожденные уголовники, осужденные за убийства и другие тяжкие преступления, не смогли вернуться к своему прежнему месту жительства, к примеру, в г.Горький, поэтому были вынуждены приехать на стройку. Их без ограничений принимали на работу на строительство и предоставляли бесплатное жилье в общежитиях или частных домах окружающих сел.

В этот период стройка представляла собой весьма неприглядную картину. Большинство домов еще строилось, их оконные и дверные проемы зияли пустотой. Улицы не имели наружного освещения, дорожных покрытий и тротуаров, они были повсюду перекрыты траншеями, в которые укладывали коммуникации.

В такой обстановке в подвалах строящихся домов начали находить убитых. Сколько было в действительности таких случаев, трудно сказать, но сарафанное радио распространяло, что очень много, будто происходили они чуть ли не ежедневно. Достоверностью являлось то, что часто днем, прямо на работе возникла поножовщина. Все это происходило, как правило, в результате разборок между бывшими заключенными. Эти личности частенько опустошали погреба близ расположенных деревень.

В общем, жить на стройке стало очень страшно.
В то время милиция была малочисленной, располагалась она в райцентре – селе Кстово, а не на Стройке. Милиционеры бывали на ней редко и в основном днем. Ночи были предоставлены уголовникам.

Тогда, в конце 1953 года директор школы № 2 Иван Афанасьевич Сухан от себя лично написал письмо в ЦК КПСС. В нем он написал, цитируя по памяти, следующее:
«Я, майор запаса, всю войну находился на передовой, участвовал во многих сражениях, в том числе и рукопашных боях. Но у меня не было такого страха, как сейчас, поскольку я знал, как мой враг и где он.

Сейчас в районе находится много уголовников, которым ничего не стоит убить человека. Они ничем не лучше тех врагов, но я не знаю, кто они и где они. Такое впечатление, что они всегда за спиной и уберечься от них невозможно. Так жить дальше нельзя! Примите меры!»
Его письмо возымело действие. По поручению ЦК приехала комиссия. Она изучила обстановку и разработала эффективные меры, которые оперативно были претворены в жизнь.

В результате очень многие бывшие заключенные за один год были изобличены в новых преступлениях и получили новые сроки, а часть из них предпочла убраться со Стройки.
К концу 1954 года общественный порядок был наведен, резко улучшилась криминогенная обстановка. Преступления, если и совершались, были менее тяжкими, как правило, на бытовой почве, доморощенными преступниками, с которыми милиция в основном справлялась.

К настоящему времени город далеко вышел за первоначально намеченные границы, он растет во все стороны, в том числе и к Волге. Но выйти к реке с образованием зоны отдыха в виде верхней и нижней набережной, очевидно, так и не сможет: препятствием к этому являются водозаборные сооружения. Они на том месте оказались не по недомыслию проектировщиков.

Дело было так. Первоначально предполагалось разместить водозаборы у берега Волги между Карповкой и элеватором, а охранную санитарную зону устроить на месте нынешнего поселка Приволжский. Разумно? Да. Но осуществиться этому помешало постановление Совета Министров РСФСР, согласно которому этот участок земли как госрезерв был остановлен под расширение элеватора, то есть попадал под положение о стратегических нуждах государства. Бороться за это место тогда было невозможно.

Однако времена изменились, площадь заняли под поселок Приволжский, а вот целый город лишился возможности выйти к Волге с красивой набережной и спуском к реке по удобной и красивой лестнице.

Кстати, при подготовке охранной санитарной зоны ныне действующего водозабора произошел прямо-таки анекдотичный, хоть и связанный с человеческими останками, случай, который «прославил» Кстово и завод аж до Америки и оконфузил областное управление КГБ.
Произошло это при следующих обстоятельствах.

В границы охранной санитарной зоны водозабора попало давно не действующее кладбище. По санитарным нормам его необходимо было перенести в другое место. Затраты на перенос были предусмотрены сметой на строительство водозабора по статье «подготовка территории».

По условиям переноса родственники погребенных должны были опознать могилы близких. С их участием (или по их согласию в их отсутствие) должны быть извлечены из могил останки погребенных, заложены в новые гробы и захоронены в другом надлежащем месте.

Дирекция строящегося завода выполнила все требовавшиеся в таком случае формальности, в том числе обеспечила широкую гласность среди населения близ расположенных населенных пунктов публикациями в газетах, обходом домов, сообщениями по радио, через сельсовет и церковь. Казалось, что о переносе кладбища знали все.

Перенос поручили осуществить специально нанятыми для этого через УHP 686 людям, а новые гробы должно было изготовить само это управление. Гробы изготовили заранее в количестве более ста и сложили высоким штабелем на хозяйственном дворе стройуправления так, что верхние намного возвышались над глухим деревянным забором. Так они хранились более месяца в ожидании начала переноса останков, и никого это не смущало.

Но в один из дней к зданию дирекции строящегося завода, которая располагалась в доме по Банковскому переулку (сейчас это пер.Гайдара, д.2), подъехали две легковые машины. Переулок во втором квартале между «подвальным» магазином (на ул.Талалушкина) и «Промтоварным» уложенной на непрочное основание. Та дорога почти (но не совсем) совпадала с осями улиц и явно была рассчитана на малотоннажный транспорт (разговор идет об участке от кинотеатра «Русь» до нынешнего рынка, дорога шла по ул.Береговой (Сутырина) на новую Казанку. Новый ее участок от «Руси» до поворота на В.Враг уже существовал. Так вот, первые многотоннажные машины со строительными грузами и строительная техника полностью разрушила ее в самом начале застройки прилегающих кварталов. Сама жизнь вынесла ей приговор.

Первоначально предполагалось, что все дома по контуру кварталов будут индивидуального проектирования, многоэтажными с интересным решением их фасадов, с хорошей планировкой квартир. И только во внутриквартальной застройке будут использоваться малоэтажки, но тоже обязательно с хорошей планировкой.

Когда проект планировки практически был готов и дирекции завода были представлены развертки вдоль улиц, вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР об устранении излишеств в жилищном строительстве. Главный архитектор не решилась противостоять его исполнению, говоря, что за счет экономики средств необходимо построить больше жилья, хотя бы в ущерб его внешнему виду. Такое делалось во всей стране.

В этом отношении характерно признание директора завода того периода Виталия Семеновича Едренкина, когда он уже работал в комитете Народного Контроля СССР.
Как-то в Москве мы встретились втроем: Едренкин, последующий директор завода Михаил Семенович Матвеев и я. Встреча была в неслужебной обстановке, товарищеская. Вспомнили и былые дни, город, завод.

И вот в этой доверительной обстановке Виталий Семенович сказал:
– Работая в Народном Контроле СССР, я по долгу службы побывал на всех нефтеперерабатывающих заводах страны. Таким образом мне удалось познакомиться и с поселками и городами, созданными при них. Должен честно сказать, что хотя Кстово более удален от завода и расположен почти на берегу Волги, да и вообще в более лучшей климатической микрозоне и вблизи Зеленого города, но он своим внешним видом очень проигрывает им всем. В этом, в какой-то степени, я не снимаю вины и с себя. Наверное, я не все сделал из того, что мог и должен был сделать, чтобы город Кстово был хотя бы как они, а мог быть даже красивее и лучше.

Мы его успокоили тем, что тогда разработка нового проекта совпала с упразднением Министерства нефтяной промышленности и образованием Горьковского совнархоза, с борьбой с излишествами в жилищном строительстве и насаждением «хрущевок», с решением сиюминутных проблем в градостроительстве. Тогда вышестоящее руководство не понимало, что строится не один дом и не один квартал в большом городе, а строится совсем новый город. И строится на века, а архитектура создает его лицо.

Сейчас застройка города идет несколько лучше, но исправить то, что уже сделано, очевидно, не удастся. Но город – это не только жилье. Это и соцкультбыт, торговля, благоустройство и многое, многое другое.

С полным основанием могу заявить, что вопросы быта были предметом постоянной большой заботы райкома партии, которым руководил Михаил Филиппович Шишкин, райкома комсомола, руководимого Александром Васильевичем Колтыгиным, руководителей завода: его директора В.С.Едренкина, заместителя Петра Александровича Казинского, руководителей строительного треста № 114 управляющего Силенко И. П., заместителя Галкина, и решались эти вопросы на первых порах очень не просто.

Сейчас даже трудно представить, какой фантазии и каких трудов стоило их решение, как тогда все эти было. Историю не переделаешь, из нее ничего не выбросишь. И ее надо знать такой, какой она была в реальной жизни, без прикрас.

Хлеб на стройку привозили из Горького в кузове самосвала, выстланном брезентом. Сверху хлеб покрывали тоже брезентом. Привозили его к концу рабочего дня на площадку перед бывшим недоброго слова «НОРСИ-банком» (во дворе нынешнего военкомата). Там стоял обыкновенный деревянный лагерь. Верхний брезент снимали и им выстилали ларь, в который затем самосвал высыпал хлеб. Сзади ларя по его бокам становились милиционер и шофер. Продавщица получала деньги и доставала хлеб. Порядок поддерживать было очень трудно. Все спешили домой в деревни, брали по несколько буханок. Другие продукты привозили на машинах и продавали прямо с них. Первый продуктовый магазин был построен на базе № 2, кстовчане его помнят как «винный за дорогой». Почти одновременно рядом построили столовую, теперь это магазин «Химтовары». Рядом с ними располагались сельчане, торговавшие своей продукцией. Позднее рядом разместились ларьки.

Кто имел время и возможность, за продуктами и промтоварами ходили в старую часть Кстова – в расположенные в одном двухэтажном здании магазины потребкооперации – раймаг и универмаг. Дефицитные промтовары продавались жителям только при условии сдачи в потребкооперацию яиц, лука, масла, мяса и других сельхозпродуктов по сезону. Приходилось такие продукты покупать у местных жителей или даже в Горьком для сдачи в потребкооперацию за нужный товар. А куда было деваться?

Еще оригинальней работал продуктовый рынок. Он располагался в старой части Кстова у раймага. Там стояло несколько столов на столбах, врытых в землю. Торговали в основном молоком, картошкой, мясом. Торговля начиналась около часа ночи и заканчивалась не позднее трех часов ночи. Непроданный товар на коромыслах пешим ходом несли на рынок в Горький с таким расчетом, чтобы туда поспеть к семи утра.

Но не хлебом единым жив человек, ему нужны и развлечения. Вначале на стройке в основном работала молодежь, отдыхать ходили в «клубы» старой части Кстова и Вишенок. Они располагались в обычных деревянных избах с площадью «основной залы» не более 20 квадратных метров. В них устраивали танцы и крутили кино. Местные парни приходили туда изрядно выпившими, редко какой вечер обходился без драк. Домой возвращались с таких вечеринок уже после полуночи. Большим культурным событием было начало работы на стройке собственного «клуба». Его устроили в шлакоблочном даже не оштукатуренном дровянике во втором квартале. Там разобрали перегородки и сделали одно общее помещение, в котором установили лавки. Самостоятельного кассового помещения и кинобудки не было, за вечер был только один сеанс. В «клуб» вначале запускали зрителей до полной вместимости, закрывали дверь изнутри и потом только начинали крутить кино. Узкопленочный киноаппарат был один, кино показывали по частям с перерывами между ними. В «зале» курить не запрещалось, но и вентиляции никакой не было. Благо, из-за отсутствия потолка весь дым поднимался наверх и уходил через неплотности крыш.
Сейчас даже трудно себе представить, что было бы, случись пожар или даже паника, но, к счастью, обошлось без происшествий.

Затем появился клуб строителей «Строитель» – на краю базы № 2, почти у самой Карповки. Его спроектировал на оставленном еще с довоенных лет фундаменте (на котором министерство речного флота планировало построить, да не закончило какой-то объект) и построил практически сверх плана работ очень хороший человек, легендарная личность главный инженер УНР 686 Александр Михайлович Шульпин, бывший председатель Горьковского горисполкома, автор и руководитель строительства знаменитой Чкаловской лестницы в Горьком. Мэр,как его назвали в американской прессе по поводу строительства названной лестницы, попавший в лагеря во время сталинских репрессий. На строительство в Кстово он попал после освобождения из несправедливого заключения. Он очень внимательно относился к молодежи, делал все для организации ее досуга. Под его руководством в Кстове работал кружок духовых инструментов. Вскорости Шульпина восстановили в партии и назначили заместителем председателя Горьковского совнархоза по строительству. Он оставил о себе хорошую память.

Вспоминается, как на базе оставшейся части церкви построили клуб в Ликееве. С целью выделения для этого средств мы с председателем колхоза «Ликеевский» Федором Ивановичем Глебовым составили акт на потраву посевов на территории промплощадки. Позднее в строительном квартале № 16 в здании, построенном под квартальную котельную, но в последующие годы ставшую ненужной, был организован клуб «Энергетик». А первым, построенным по типовому проекту, стал клуб «Нефтяник». Все эти клубы практически удовлетворяли культурные запросы населения.

Думаю, представляет интерес и история создания «временного»стадиона, который просуществовал 25 лет.

К зиме 1954 года в новом поселке уже проживало много молодежи. Я тогда был заместителем секретаря объединенного комитета комсомола всего строительства, объединявшего комсомольские организации строителей, заводчан, тэцовцев и всех других организаций. Для зимнего развлечения молодежи возникла идея устроить каток. Под него выбрали место у «пожарки» (сейчас это примерно между «щитками» и трассой). Помимо меня, устраивать его взялись В.С. Анищенко и Валентин Алексеевич Дюков.

У пожарных попросили отработавшие свое пожарные рукава, подключились к их гидранту и залили площадку. Каток получился! Его сразу признали и оценили. К Новому 1955 году установили на нем пятиметровую елку, вернее, вморозили. От пожарки к елке протянули провода, а на ней самой повесили несколько лампочек. На пожарной вышке повесили прожектор и направили его на каток. По громкоговорителю-«колоколу» транслировали музыку. Получилось очень здорово. Каток был местом коллективного отдыха и развлечений аж до весны.

Молодежь привыкла собираться на этом месте. И вот тогда решили летом выровнять площадку, чтобы можно было играть в футбол. Как только подсохла земля, произвели планировку и стали гонять мяч. Эта затея всем понравилась. По просьбе комитета комсомола директор ТЭЦ Сергей Иванович Магницкий оплатил устройство скамеек, а управляющий трестом № 5 Иван Петрович Силенко распорядился перенести туда будку бывшей прорабской под раздевалку для футболистов.

Вот так со всех по горсти земли да по доске и получился стадион, на котором позже даже стали проводить футбольные состязания на первенство области.
Позднее стали подумывать об устройстве на берегу Волги лодочной станции, надежной переправы на ту сторону, даже начали строить лодки, но сбыться этому не было суждено. Не удалось в то время построить и мостик через железную дорогу в лес Зеленого Города. Кстати, в то время была идея всю территорию от ул.Зеленой до железной дороги засадить деревьями, создав парк. Это было сделано лишь у «казанки», к сожалению, всю остальную площадь заняли садами и новыми постройками, закрыв горожанам путь к лесу. Объединенная комсомольская организация тогда перестала существовать, началось строительство завода. Меня перевели туда куратором, и возникли новые заботы...

С самого начала вопросы повышения образования были наипервейшими. Необходимо было обучать как строителей, приехавших на оргнабору, так и их детей.

Потребности начального периода стройки вынуждали местные органы власти, дирекцию завода (заказчика) и руководство стройтреста № 114 идти на нарушения утвержденного порядка в отношении начала эксплуатации объектов соцкультбыта, незавершенных строительством.

Если недостроенные жилые дома заселялись самозахватом строительными рабочими, то недостроенные объекты соцкультбыта начинали эксплуатировать с сознательного разрешения именно тех организаций, которые были призваны не допускать этого.
На этот счет в архиве сохранился документ, который не имел последствий: «27 сентября 1952 года инспектором Государственного архитектурно-строительного контроля В.Н.Бауткиным были составлены протоколы о самовольном вводе в эксплуатацию, незаконченных строительством зданий (сооружений) – 12-квартирного дома № 21, приспособленного под школу и столовой...»
Эти объекты уже при их эксплуатации были достроены летом 1953 года и по всем правилам введены в эксплуатацию. Так поступать вынуждала объективная необходимость. Время было такое.

Общеобразовательная школа № 2 была построена позже. Первой начала работать вечерняя школа рабочей молодежи.
Учителей из-за недостатка жилья пригласить не могли, и нам, инженерам, предложили преподавать в вечерней школе. С 1952 года по 1955-й я преподавал физику, принимал экзамены по математике. Для обучения прибывающих на стройку рабочих в большинстве молодых сельчан, не имевших профессионального образования, за Техснабом возле теперешней школы ДОСААФ построили временную школу профессионального обучения – так называемую ФЗО. Когда потребность в ней отпала, ее бараки использовали под другие цели.
Рассказывая о создании поселка, переросшего в город, нельзя не упомянуть и о его озеленении или, как иногда говорят, о «легких» города. Каждый внимательный человек, идя от автостанции к площади Ленина и далее по улице 40 лет Октября, должен заметить разительную картину их озеленения: чем более ранняя была застройка, тем более внутри кварталов и окаймляющих их улицам растет деревьев и, наоборот, чем позже была застройка, тем меньше там растет деревьев или их совсем нет.

часть 1   часть 2   часть 3   часть 4

Об авторе::

РАДЧЕНКО Виталий Максимович после окончания Днепропетровского химико-технологического института с августа 1952 года работал в дирекции строящегося Новогорьковского завода, начинал инженером производственного отдела, был первым куратором строительства жилсоцкультбыта г. Кстова и технологической части первой очереди завода, первым начальником товарно-сырьевого цеха.

Литературное Кстово


Край наш Кстовский

Players Uk best casinos online uk. Be sure to check out

Летопись родного края

 

Контакты

У Вас есть вопросы, пишете стихи или прозу? Может Вы хотите дополнить имеющуюся на сайте информацию или сообщить об ошибках? Мой адрес электронной почты: akulgin@ya.ru
Контактный телефон: 8 904 920 95 90, Александр Кульгин

2008 - 2015,«Литературное Кстово». Исключительные права на материалы, размещённые на интернет-сайте www.prokstovo.info, в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране результатов интеллектуальной деятельности не подлежат использованию другими лицами в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

Prokstovo.info: Литературное Кстово